Автор Левчина Вероніка 
Война 2026 года невозможна без инноваций. Это требует денег, отслеживания тенденций и быстрой адаптации. О изменениях на поле боя, роли искусственного интеллекта и сложностях больших систем говорили на конференции «Оборона-2027. Армия, технология, индустрия».
Участники дискуссии «Новые технологии. Каких кардинальных изменений они требуют от Вооруженных Сил Украины»: Сергей Гончаров, исполнительный директор Национальной ассоциации оборонной промышленности Украины; Татьяна Черновол, офицер ВСУ, командир взвода ударных беспилотных авиационных комплексов; Юрий Федоренко, командир 429-й бригады беспилотных систем Ахиллес; Юрий Бутусов, командир подразделения БпЛА 23-го штурмового полка в составе 2-го корпуса Национальной гвардии Украины Хартия; Мария Берлинская, соучредительница фонда Dignitas, руководительница проектов Victory Drones и Victory Neurons.
Дроновая пехота и прозрачная линия соприкосновения
Сергей Гончаров подчеркнул, что армия, технологии и индустрия должны работать вместе. «Нам уже пора переходить от реакционного развития, когда мы реагируем на действия врага, к проактивной позиции. Это о прогнозировании, как будут проходить боевые действия завтра, через месяц, полгода, год», — сказал он. По его словам, в этом году противник применил новые средства, о которых говорили еще в конце прошлого года. Реакция государства и бизнеса не была полной. Сейчас приходится догонять по реактивным шахедам и малым крылатым ракетам. «Решения, конечно, будут, но мы должны понимать, что они не будут релевантными уже через полгода», — добавил Гончаров. Нужна синергия боевых подразделений, Министерства обороны и Генштаба.
Татьяна Черновол рассказала о собственном опыте. «Я уже почти пять лет командир взвода. И я из тех, кто командует собственным примером», — отметила она. Сначала она работала «Стугной», потом гибридно с FPV. «Сейчас я — пехота. Обычная пехота, но дроновая», — объяснила командир. Подразделение удерживает переднюю полосу: находит врага, поражает его, не дает продвинуться, разбирает укрытия, минирует логистику. «Мы простая пехота, не элитная. Такие себе рабочие пчелки», — сказала Черновол.
Эффективная работа выглядит так: в пять утра звонок, споттер готовит дрон, командир в пижаме садится с кофе за три экрана и взлетает. «Полетели!» — ее боевой приказ. Она считает, что классическая пехота «в норах» должна исчезнуть, если ввести ответственность за каждую потерю. Занимать разрушенные населенные пункты часто не стоит: это лишь переносит ресурс на оборону новых «нор» и не усиливает защиту важных городов.
Юрий Федоренко подчеркнул, что поле боя становится прозрачнее. Лучшие батареи увеличивают дальность и время полета. Связь нужно модернизировать и готовить замену Starlink. Основная угроза на тактическом уровне — вражеские беспилотники. Потери происходят во время перемещений и на позициях. Противник использует инженерные войска и опыт северокорейских подразделений в копании. «Война будущего будет не только в воздухе, но и под землей», — напомнил он слова командира корпуса Хартия. Украине нужно копать техникой, потому что людей меньше.
Системы, ИИ и опережение врага
Искусственный интеллект должен обрабатывать поток данных, который мозг офицера не успевает. Система может предложить тип дрона, боеприпас и порядок поражения здания, чтобы противник не спрятался в подвале. Такие системы нужно защищать государством.
Юрий Бутусов описал фронт как битву больших организованных систем. Государства адаптировались и масштабируют технологии. Чтобы успевать, нужно опережать. Это возможно через лучшую систему управления и командиров, которые понимают технологическую войну. «Сейчас армия и каждая военная часть в частности стала стартапом», — сказал он. В Хартии создали 23-й штурмовой полк именно под действия с БпЛА. Цель — уничтожить как можно больше противников и защитить солдата. Роботизированные комплексы должны обнаруживать, поддерживать и эвакуировать людей. Эффективные решения нужно делать дешевыми и масштабировать. Если фирма не может этого сделать за год, средство не стоит утверждать.
Мария Берлинская заметила, что руководство редко думает системой. «У нас очень часто спринт вместо марафона», — сказала она. Закупки Mavic до марта 2024 года держались на волонтерах, и это стоило жизней. Россия умеет масштабировать и учиться, даже ценой больших потерь. Нужны три вещи: системная работа, военно-инженерное прогнозирование группой специалистов по ключевым направлениям раз в месяц и честная оценка людей по результатам, а не по званию или лояльности. Искусственный потолок в войске нужно убрать. Каждого стоит ставить туда, где он работает лучше всего.