Автор Левчина Вероніка 
В засушливых пшеничных просторах Западной Австралии осенью 1932 года фермеры смотрели на свои поля с отчаянием, которого не испытывали даже после окопов Первой мировой. Тысячи высоких, стройных птиц с мощными ногами внезапно заполонили посевы. Они топтали колосья, поедали зерно и ломали ограды, пропуская внутрь кроликов. Многие хозяева — бывшие солдаты, получившие землю по государственной программе поселения ветеранов — уже балансировали на грани банкротства из-за Великой депрессии и падения цен на пшеницу. Когда засуха выгнала из глубины континента почти двадцать тысяч эму, терпение лопнуло.
Фермеры обратились к правительству с просьбой о пулемётах. Министр обороны сэр Джордж Пирс согласился. На поле «боя» отправились трое артиллеристов Королевской австралийской артиллерии во главе с майором Гвинедом Пурвесом Уинн-Обри Мередитом. В их распоряжении оказались два лёгких пулемёта Lewis и десять тысяч патронов. Операция, длившаяся с 2 ноября по 10 декабря 1932 года, вошла в историю как война с эму — или Великая война с эму. Армия, недавно воевавшая с людьми, проиграла птицам.
Корни конфликта: ветераны, депрессия и вынужденная миграция
После Первой мировой войны австралийское правительство активно поощряло бывших солдат осваивать малопригодные земли на западе континента. Тысячи семей получили участки в регионе Wheatbelt — зоне рискованного земледелия с бедными почвами и нестабильными осадками. К 1929 году, когда разразилась Великая депрессия, многие уже едва сводили концы с концами. Обещанные субсидии на пшеницу не поступили, цены на зерно обвалились, а засуха 1932 года окончательно подкосила надежды.
Именно в этот момент внутренние районы континента после удачного сезона размножения «выплюнули» наружу большую популяцию эму. Эти нелетающие птицы семейства казуаровых (Dromaius novaehollandiae) — самые крупные по росту птицы Австралии — обычно живут поодиночке или небольшими группами. Но в засушливые годы они собираются в многочисленные стаи и отправляются на поиски воды и пищи. Двадцать тысяч особей двинулись к побережью и наткнулись на идеальные условия: расчищенные поля, поилки для скота и сочную молодую пшеницу.
Эму не просто ели урожай. Они топтали его массивными телами весом до шестидесяти килограммов, ломали проволочные ограды, а через проломы внутрь хлынули кролики — ещё одна напасть фермеров. К октябрю 1932 года жалобы стали массовыми. Бывшие солдаты, знавшие силу пулемётов из окопов, попросили именно их. Пирс увидел в этом сразу несколько преимуществ: помощь аграриям, тренировки для войска и политический жест в регионе, где ширились сепаратистские настроения.
Как армия взялась за оружие против птиц
2 ноября трое военных — майор Мередит, сержант Мак-Мюррей и канонир О’Галлоран — прибыли в округ Кемпион с двумя пулемётами Lewis и боекомплектом. Фермеры помогали загонять птиц в засады у водоёмов и полей. В первый день заметили около пятидесяти эму. Птицы разбились на мелкие группы, и первые очереди прошли мимо цели. Только вторая попытка принесла несколько попаданий.
В следующий раз у дамбы собралось более тысячи птиц. Пулемёт заклинило после двенадцати убитых — остальные разбежались с поразительной скоростью. Попытка установить оружие на грузовик тоже провалилась: неровный грунт не позволял вести прицельный огонь, а эму просто отбегали на безопасное расстояние. К 8 ноября военные израсходовали уже две с половиной тысячи патронов, а результат оставался мизерным.
Мередит заметил интересную деталь: в некоторых стаях появились «вожаки» — высокие чёрнопёрые птицы ростом почти под два метра, которые стояли на страже и подавали сигнал тревоги. Птицы вели себя не как бездумная масса, а как хорошо организованные мелкие отряды. Майор сравнил их манёвренность с зулусами, которых даже разрывные пули не останавливали, и с танками, неуязвимыми для тогдашнего оружия.
Почему эму «победили»: биология, тактика и человеческие просчёты
Эму — настоящие мастера выживания. Их мощные ноги с развитой икроножной мышцей позволяют развивать скорость до пятидесяти километров в час на неровной местности. Птицы способны преодолевать большие расстояния ежедневно, а их оперение и плотная кожа делают одиночные попадания менее смертельными. Когда они чувствуют опасность, стая мгновенно рассыпается на мелкие группы — именно тот «партизанский» стиль, о котором писал орнитолог Доминик Сервенти: «Командование эму, очевидно, приказало вести партизанскую войну, и громоздкая армия быстро распалась на бесчисленные мелкие отряды, что сделало использование военной техники неэкономным».
Пулемёты Lewis, эффективные против плотных пехотных цепей в Первой мировой, здесь оказались бесполезными. Для каждого подтверждённого попадания требовалось израсходовать в среднем десять патронов. Техника часто отказывала, а птицы просто убегали туда, куда грузовик не мог за ними гнаться. Солдаты, закалённые в боях с людьми, столкнулись с противником, который не подчинялся никаким известным им правилам ведения боя.
Цифры потерь и противоречия официальных отчётов
После окончательного отзыва 10 декабря майор Мередит составил отчёт: 986 эму уничтожено подтверждено, ещё около 2500 раненых птиц, по его оценке, погибли позже от ран. На это ушло 9860 патронов. Эти цифры до сих пор вызывают споры среди историков — многие считают их завышенными. Другие источники того периода говорят о 200–500 убитых в первые дни и около 300 за весь первый этап. Базовый командир оценивал начальный результат в 300 особей. В любом случае влияние на общую популяцию оказалось минимальным — эму продолжали опустошать поля.
«Каждый отряд, кажется, имеет своего лидера — большую чёрнопёрую птицу ростом почти два метра, которая стоит на страже, пока её собратья уничтожают посевы, и предупреждает их о нашем появлении».
Эта фраза из полевых наблюдений Мередита лучше всего передаёт суть поражения: армия воевала не с толпой, а с умным, адаптивным и удивительно живучим противником.
Реакция общества, медиа и парламентский юмор
Пресса быстро окрестила событие «войной с эму». Когда стало понятно, что результаты скромные, появились саркастичные заголовки. В парламенте звучали шутки о медалях для эму и «министре войны с эму». Международные издания подхватили историю — кто-то возмущался «уничтожением редких птиц», кто-то просто смеялся над австралийцами. Операцию временно прекратили в начале ноября именно из-за негативного освещения, но после новых жалоб фермеров возобновили в середине месяца. 10 декабря Мередита отозвали окончательно.
Последствия и долгая тень войны с эму
Военные больше не участвовали в таких операциях, несмотря на неоднократные просьбы фермеров в 1934, 1943 и 1948 годах. Вместо этого расширили систему вознаграждений за самостоятельное уничтожение эму — только за шесть месяцев 1934 года выплатили 57 034 премии. Позже, в 1950 году, правительство даже передало фермерам полмиллиона патронов. Улучшили ограды, в частности знаменитые «заградительные заборы» против эму, кроликов и динго.
Эму не исчезли. Сегодня в дикой природе Австралии их более шестисот тысяч. Птиц взяли под охрану экологическим законодательством, а параллельно развили коммерческое разведение — мясо эму нежирное, масло обладает противовоспалительными свойствами, перья и кожа тоже находят применение.
Интересные факты о войне с эму и самих птицах
- Скорость выживания. Эму способны разгоняться до 50 км/ч на неровной местности и преодолевать значительные расстояния ежедневно. Их мощные ноги с уникальной икроножной мышцей делают их одними из самых выносливых бегунов среди птиц.
- «Партизанская» тактика. Наблюдатели заметили, что эму быстро научились разбиваться на мелкие мобильные группы с «часовыми» во главе — именно это сделало массированный огонь из пулемётов неэффективным.
- Экологическая роль. Эму — важные распространители семян. В их помёте находят семена десятков видов растений, в частности редкого австралийского персика-квандонга. Они помогают восстановлению растительности на огромных территориях.
- Современная поп-культура. В 2024 году вышла австралийская комедийная лента «The Emu War» — абсурдная, кукольная и очень смешная переосмысление событий 1932 года в стиле «Голого пистолета».
- Национальный символ. Эму изображено на гербе Австралии вместе с кенгуру — как символы страны, которая не сдаётся. В мифологии коренных народов эти птицы часто выступают творцами или небесными существами, олицетворяющими выносливость и связь с землёй.
- Рекордная «неэффективность». По официальному отчёту Мередита на одну уничтоженную эму приходилось около десяти патронов — показатель, который сделал операцию экономически бессмысленной.
Сегодня история войны с эму живёт не только в учебниках и мемах. Она напоминает, насколько сложно человеку полностью подчинить природу, даже имея в руках пулемёты. Фермеры Западной Австралии научились сосуществовать с эму — с помощью лучших оград, современных методов управления и уважения к тому, что эти удивительные птицы были здесь задолго до появления первых поселенцев. А эму, в свою очередь, продолжают бегать своими делами — быстрые, сообразительные и удивительно живучие.