Она едет туда ради секса — мифы о женщинах на войне

0 87
Мария Завьялова

Эволюция официального участия женщины в военных действиях шагает нога в ногу с ее присутствием во всех сферах жизни. Иными словами, свое право воевать наравне с мужчинами она отвоевывала вместе со своим правом голосовать, иметь право на собственность и водить машину.

Об истории

До Второй мировой женщины в 99% случаев не воевали. Они ухаживали за больными, в большинстве своем будучи медсестрами, а не врачами, печатали на машинках в штабе, изготавливали снаряды на заводах в тылу, и конечно, “приближали победу”, заботясь о детях.

Считалось, что женщина не должна воевать, не должна убивать, просто потому, что она женщина. При этом, она может быть ранена и убита, как и мужчина, но ее защита на войне должна была, видимо, обеспечиваться умением перевязать себе рану. Впрочем, когда ограничение женских прав (на жизнь?) останавливала элементарная логика?

Например, Джерард Де Грут в своей статье “Чей палец на курке?” пишет о британских женщинах, служивших во Вторую мировую в составе смешанных подразделений противовоздушной обороны. Они погибали и получали ранения наравне с мужчинами. Однако существовавшее табу на участие женщин в военных действиях было преодолено просто: они не должны были заряжать снаряды или стрелять из орудий – всего лишь наводить их. Таким образом сохранялась иллюзия, что женщина вообще-то не убивает. Это приводило еще к одному итогу: мужчина мог быть представлен к награде за храбрость, а вот женщина, стоявшая рядом с ним в бою – нет, ведь она не воевала, значит и не могла проявить храбрость.

В России уже в Первую мировую были сформированы полностью женские батальоны. Во-первых, потому что роскоши отказаться от бойцов-женщин в войне против Германии с одной стороны, и против большевиков – с другой, у России не было. Во-вторых, женские батальоны должны были поднимать боевой дух мужчин, или хотя бы стыдить их, чтобы они прикладывали больше усилий в страхе, что женщина может обойти их на традиционно мужском поле. Однако был достигнут прямо противоположный эффект – боевой дух снизился, так как мужчины решили, что дела совсем плохи, раз правительство заставляет женщин воевать.

Ситуация кардинально изменилась уже во Вторую Мировую – женщин в Союзе служило много, и добровольно. Особенно отличились женщины-пилоты, которые ни в чем не уступали мужчинам. Однако, сразу же после войны мало кто из боевых летчиц смог реализовать себя в гражданской авиации – стране огромной нужно было восстанавливать популяцию, и женщины понадобились на этом фронте. Ну а как относились к женщинам, вернувшимся с фронта, хорошо описала Светлана Алексиевич в своей “У войны не женское лицо”.  Одна из ее героинь сказала, что у женщин победу украли.

Я думаю, украли у них и жизнь. У тех, кто воевал, и тех, кто, как того велели принятые тогда правила советской жизни, выполнял свою женскую функцию со всей ответственностью. У тех, кто даже не успел вырасти. И тех, кто не успел родиться.

Об АТО

А что же сейчас? В наше пресвященное время, когда права человека, когда he for she, когда равенство полов, когда почти 20 тысяч военнослужащих-женщин, как объявил к празднику 8 марта президент Украины Петр Порошенко.

Сейчас все иначе, с одной стороны. Например, со стороны АТО. Что бы там не говорили мужчины, в 2014 на войну отправилось огромное количество женщин. Многие на войну поехали именно воевать. Среди других добровольцев без боевого опыта они, собственно, ничем не выделялись. А если на войну приехала, то весь возможный сексизм и аргументы “тыжеженщина” смысла уже не имели. Ну и опять же сказать женщине с автоматом, иди, мол, на кухню, мало кто решался. Поэтому за всю свою практику работы в АТО с августа 2014 года я проявления сексизма видела редко.

Конечно, назвалась бойцом, воюй. И надо отдать девчонкам должное, они воевали. И воюют. Я не видела ни одной паникующей женщины, зато множество паникующих мужчин. Это, конечно, результат того, что у многих мужчин во время мобилизации не было выбора, а женщина едет на войну чаще всего осознанно. Но и местных гражданских без страха и упрека я повидала немало. С одной такой мы не раз сидели вдоль стен обстреливаемого здания, да и делали многое другое, о чем пока не напишешь. Женщины очень храбрые.

Кстати, о тайнах. Миф о женской болтливости развенчан нашей АТО полностью. Журналисту вытащить что-то из женщины значительно сложнее, чем из мужчины. Она смотрит на тебя и говорит, но я буквально чувствую, как каждое слово проходит через ее внутренние жернова “совершенно секретно”. В общем, если бы Минобороны хотело идеальной армии, где вся информация – это официальная информация, ему бы стоило задуматься о женской армии. Женщины очень скрытные.

А волонтеры? Среди них женщин точно не меньше, чем мужчин. Они ехали и везли, они оставались на позициях на ночь, и попадали под обстрелы, и возвращались снова. Они узнали об армии больше, чем сама армия, и пока вы читаете эти строки, они выбивают награды подопечным бойцам или выпрашивают где-то деньги на тепловизор или дрон. Они уже сто раз перегорели, потом опять нашли силы, чтобы потом опять перегореть, а потом возродиться снова. Женщины очень выносливы.

Но есть и другая сторона. Абсурдная, смешная, но умудряющаяся так давить на прекрасное женское начало тяжелым сапогом стереотипа, что если бы не все вышеперечисленное, можно было бы и сломаться. Конечно нет, но можно было бы.

О стереотипах:

Она едет на войну ради секса. И отбивает мужей у женщин, которые дома берегут очаг. Шепотом скажу: так говорят женщины про женщин.

Она едет на войну, чтобы убежать от обязанностей. Не исполнять священный кухонный долг, не водить детей в школу и не мыть полы. Воюет там и развлекается. Мужчины ж ее охранять будут, защищать, тяжелого не дадут носить, даже себя раненого.

Она едет на войну ради тщеславия. И лезет везде, приказы отдает, уму непостижимо.

Она едет назло правилам. Вот раньше женщины все в санчастях служили. А теперь права у них какие-то. И месячные еще, это вообще очень мешает. Раньше в армии от них хоть отдохнуть можно было, а теперь ходят везде, и в форме. И не готовят, главное, на всех, и не убирают опять же.

А самое смешное здесь не то, что это неправда. А то, что поставьте на место слова “она” – “он”. И все будет выглядеть не так уж осуждающе. Мужчина на войне может хотеть секса, славы и назло всему. Он может оставить хоть 10 детей со словами “я не могу иначе” и потом “аватарить” весь контракт. Женщину за это осудят вдвойне. Женщине не прощают безответственности, похоти или амбициозности.

Мария Завьялова

военная корреспондентка

Схожі записи

Залишити відповідь

Ваша электронна адреса не буде опублікована.